Семья наша была большая: отец, мать и четверо детей. Жили мы в страшной глухомани, в Терском районе Кабардино-Балкарии. В нашем селе жили всего четыре семьи — специалисты, обслуживавшие акведук. В школу мы с сестрой и братьями ходили за четыре километра в соседнее село Нижний Малгобек, которое относилось уже к Северной Осетии. В 50-х годах прошлого века никто никого на школьных автобусах не возил, да и детей в нашем отделении совхоза было всего восемь. А вот, например, в больницу нужно было ехать за 14 километров, и тоже в другую республику — в Чечню.

Родители работали в совхозе полеводами — выращивали овощи. Эта работа требовала ежедневного нелегкого труда. Вечерами у них было одно развлечение — сходить к соседям и поиграть в «подкид-ного дурачка». Игра иногда затягивалась до глубокой ночи.

И вот однажды нам пришла посылка из Туркмении, там жила мамина сестра. Она иногда баловала нас, присылая сушеный урюк, изюм и орехи. А у нас плодовые деревья не выращивали, и вкуснее арбузов мы никогда ничего не ели. Поэтому туркменские сухофрукты для нас были просто невиданным лаком-ством. Но мама не давала нам сразу все съесть и объясняла это тем, что из сухофруктов можно наварить компота, да еще и не один раз. Поэтому сухофрукты от нас прятали, как, впрочем, и конфеты, и сахар.

В один из вечеров, когда роди-тели отправились к соседям на очередного «дурачка», мы провели рейд по обнаружению заветного урюка. Не сразу, но наши поиски увенчались успехом. Встал вопрос: что делать дальше? Съесть все — значит подвергнуть себя наказанию. Мы взяли понемножку, а остальное положили на прежнее место, надеясь, что пропажа не будет обнаружена. Съев урюк и выбросив косточки, мы, счастливые, легли спать. Рано утром мы пошли в школу. Вечером же нас ждала разборка. Мама заметила «недостачу» и поставила в известность отца, а отец был строг неимоверно.

Когда эмоции улеглись, мы, потирая получившие отцова ремня части тела, поинтересовались у мамы, как она догадалась, что мы съели часть сухофруктов. На это она с многозначительным видом ответила, что Боженька ей все рассказывает о наших проделках. У нас в углу комнаты висела старая икона в киоте, ее обрамляли кружевные занавесочки. Мы разом глянули на икону и смекнули, в чем была наша ошибка.

Когда родители в следующий раз отправились к соседям, мы вознамерились полакомиться урюком, но теперь, наученные горьким опытом, зашторили икону, чтобы Боженька нас не увидел.

Однако утром, стоило нам подняться с постели, как мама сразу заявила, что мы снова таскали сладости. Мы посмотрели в угол на икону и поняли: Боженька нас снова выдал — занавесочки-то мы раздвинуть забыли!

Антонина Павловна Попова живет в станице Северской Краснодарского края и подписывается на наш журнал уже пять лет.

Автор: Антонина Попова