"ВОЛНА!"

Обернувшись на крик, Либби Белозерски увидела стену воды высотой с дом, которая нависла над яхтой «ГиГо2», бороздившей просторы Индийского океана. 27-летняя израильтянка, высокая, стройная, с открытой улыбкой и тонкими чертами лица, крепко ухватилась за поручень и приготовилась к худшему.

Однако 16-метровая яхта легко справилась с волной. Она взлетела вверх, на самый гребень, и плавно соскользнула вниз. Стоявший у штурвала шкипер Пьерпаоло Мори, импозантный 34-летний итальянец, притопнул ногой и крикнул: «Давай, красавица, довези нас до дома!»

Либби присоединилась к Пьеру в районе Карибского моря. Ультрасовременная яхта, которой управлял Пьер, принадлежала итальянскому предпринимателю и совершала кругосветный вояж. С владельцем Пьер и Либби встречались в экзотических портах, где устраивали для него морские прогулки. Они уже пересекли Тихий океан, обогнули Австралию и достигли Мальдивских островов, после чего взяли курс на Эритрею. Дальше их маршрут пролегал через Красное море и Суэцкий канал. Целых пять дней они сражались со встречными ветрами и порядком устали.

Вечером 24 сентября 2007 года на море был потрясающий закат, и они решили поужинать на палубе. Либби похлопала рукой по деревянному настилу. «Правда, здорово плыть на такой надежной яхте?» — сказала она. Пьерпаоло улыбнулся в ответ. Уж кто-кто, а он знал толк в яхтах: еще будучи мальчишкой, он плавал на яхтах в Сестри-Леванте неподалеку от Генуи — сначала матросом, а потом и шкипером.

Либби должна была нести вахту до полуночи, но она была настолько зачарована звездным небом и могучими перекатами волн, что решила дать Пьерпаоло отдохнуть еще часок. Неожиданно раздался такой звук, словно выстрелила пружина — пиннн!

Либби посмотрела вверх — оснастка была в порядке. Посмотрела за борт: ничего особенного. Пьер, который был внизу, в каюте, схватил очки и кинулся к лестнице. «Мы что, на что-то налетели?» — крикнул он.

— Нет, я бы почувствовала.

Пьер пожал плечами и стал натягивать на себя водонепроницаемые брюки и штормовку, готовясь заступить на дежурство. Когда он начал подниматься по лестнице, яхта накренилась набок. «Киль ее выправит», — начала было Либби. Но не успела она договорить, как оказалась за бортом.

На глазах у Пьера мачта и парус ушли под воду. Времени схватить рацию или подать сигнал бедствия не было. Он выкарабкался на палубу и вслед за Либби очутился в воде.

— Нам нужен спасательный плот! — крикнул Пьер, когда они выбрались из-под яхты.

Плот находился в мешке, привязанном к штурвалу. Либби перерезала веревки, и Пьер извлек плот, который тут же надулся. Пьер вполз на него, ухватил Либби за руку и вытащил ее из воды. Они огляделись.

Перевернутая яхта покачивалась на волнах. Из воды торчал руль. Был виден винт. А вот от трехметрового киля не осталось и следа.

С момента крушения не прошло и двух минут.

Без паруса, мотора и рации, они оказались целиком во власти волн. Плот был крошечным, полтора квадратных метра, высота накрывавшего его тента едва достигала метра. Борт представлял собой два надувных баллона, расположенных один на другом. Баллоны уже начали сдуваться. Пьер подкачал их насосом, однако воздух в них держался плохо. Мало того, в плот набралось воды.

В сумке, которая оказалась на плоту, они обнаружили фонарик, который погас минут через пять, промокшую аптечку, упаковку сигнальных ракет, весла, леску и 12 литров питьевой воды в бутылках.

Казалось, что рассвет не наступит никогда. Следующий день тянулся бесконечно долго. Измученные и замерзшие, они не могли даже подбодрить друг друга — разговоры отнимали последние силы. Каждые 40 минут Пьер поддувал воздух в баллоны, а Либби в это время вычерпывала из плота воду.

На второй день ветер стих. Либби проверила запас воды. «Если мы будем выпивать по две бутылки в день, то есть по четверти литра на каждого, нам ее хватит на 20 дней», — подытожила она. Это было в два раза меньше того, что требовалось организму, но нужно было выиграть время.

Либби подсчитала, что если течение и ветер будут им благоприятствовать, то за 20 дней плот может достичь побережья Индии, в 800 километрах к западу. Без воды они смогут протянуть еще дней семь.

Когда Либби было десять лет, мать увезла ее из Москвы в Тель-Авив. Научившись ходить под парусом в морском скаутском клубе, она перегоняла яхты по Средиземному морю, зарабатывая деньги на учебу в университете, где изучала биологию мозга. С Пьерпаоло она познакомилась два года назад во время плавания по Атлантике.

С того момента, как они очутились на плоту, Либби не теряла надежды. Она была уверена, спасти их может только позитивный настрой.

Пьер, красавец с густыми черными бровями, не разделял ее оптимизма. «Знаешь, в чем твоя проблема? У тебя стакан всегда наполовину полный», — сказал он ей.

— Когда мой стакан окажется наполовину пустым, я его наполню, — парировала она.

— Ты понимаешь, что мы можем здесь умереть? — спросил он.

— Разве сейчас уже все так плохо?

— Пока нет.

— Тогда поговорим об этом через две недели, — отрезала Либби.

Они услышали глухой удар — это летающая рыба угодила в тент. Пьер поймал ее и разрезал пополам. Пахла она скверно, а на вкус была еще хуже. Но Либби проглотила свою долю, как лекарство.

У Либби вдруг зачесалось под лопаткой. Потом у нее стали нестерпимо чесаться плечи и спина. Вскоре у них обоих горело все тело — кожу натерла мокрая одежда и грубая прорезиненная ткань плота. Они разделись, но это принесло лишь небольшое облегчение.

Ночь была мучительной. Им было мокро, холодно, приходилось постоянно, превозмогая боль, менять положение тела.

Когда наступил рассвет третьего дня, они увидели, что сыпь, покрывавшая их тела, воспалилась от соленой воды. Пьер нашел в аптечке дезинфицирующее средство, и они с помощью ваты стали смазывать им друг другу кожу.

Откуда ни возьмись прилетела чайка и села на воду в нескольких сантиметрах от руки Либби. Она схватила птицу за шею. «Я поймала ее! — закричала она. — Что дальше?»

— Убей ее!

— Как?

Пьер кивнул на воду. Либби погрузила бьющуюся чайку под воду. Это был самый ужасный момент в ее жизни. Дрожа всем телом, она передала обмякшую тушку Пьеру, который срезал мясо с грудки. Либби с отвращением проглотила свою порцию.

На пятый день около полудня Пьер ощутил какую-то вибрацию и выглянул из-под тента. По направлению к ним шло груженное контейнерами судно. Пьер схватил сигнальную ракету. Когда судно было в 200 метрах от них, он выстрелил. Ракета взметнулась в небо, однако на палубе никто не появился.

— Ничего, это хороший знак, — сказала Либби. — Это значит, что мы находимся на морском пути.

Она оказалась права. Следующим было ржавое грузовое судно, которое подошло к ним еще ближе. Пьер запустил еще одну ракету, а Либби зажгла дымовую шашку.

Судно прошло мимо.

На следующий день появились еще три судна, однако оставшиеся дымовые шашки отсырели, и поджечь их не удалось. Потом мимо прошли еще два корабля — и опять их никто не заметил.

На девятое утро Либби приподняла полог тента и увидела на горизонте нечто похожее на плавучий завод. Впереди маячила черная точка. Это было бельгийское буксирное судно «Альфонс Летцер», тянувшее панамскую трубоукладочную баржу.

Почти не смея надеяться, Либби и Пьер наблюдали за тем, как два судна медленно идут им навстречу. Они стали махать руками и кричать. Буксир замедлил ход, и на его палубе появились люди. «Вы можете плыть?» — крикнул один из них.

Пьер прыгнул в воду и поплыл к барже. Либби замешкалась: она была голой, и ей нужно было одеться. Из-за баржи показалась лодка, которая и подобрала их.

На барже, направлявшейся в Индию, им оказали радушный прием. По карте они вычислили, что их плот проплыл почти 240 километров. На следующий день был день рождения Пьера. «Пусть все твои дни рождения будут такими же счастливыми, как этот», — пожелала ему Либби.

Через пять суток после спасения индийское судно береговой охраны доставило потерпевших в Кочин, а оттуда они улетели домой. Либби вернулась к своим исследованиям в университете. Оба устроились работать шкиперами в Тель-Авиве.

Либби с Пьером планируют выступить с серией лекций о безопасности плавания под парусом. «В море нужно всегда быть начеку, потому что здесь никогда не знаешь, что тебя ждет в следующую минуту».

Автор: Джон Дайсон