После того как в 1997 году на Леонардо Ди Каприо неожиданно обрушилась слава благодаря главной роли в блокбастере Джеймса Кэмерона «Титаник», в мире не осталось, наверное, ни одной девушки, которая бы не поддалась чарам его лучистых глаз и мужественной внешности. Однако Ди Каприо, выходец из простой многонациональной семьи (его мать была секретаршей, немкой по происхождению, а отец, италоамериканец, торговал комиксами), решил не останавливаться на достигнутом.

Он снялся в большом количестве добротных фильмов, которые принесли ему, в числе прочих наград, премию «Золотой глобус» и три номинации на «Оскар». Кроме того, Ди Каприо является активным защитником окружающей среды.

Казалось бы, при его известности можно было бы почивать на лаврах, но он продолжает работу в кино и старается поддерживать своим участием качественные фильмы, которые без его помощи могли бы не получить финансирования. Недавно вышедшая картина «Остров проклятых» — уже четвертый фильм, созданный им в сотрудничестве с легендарным режиссером Мартином Скорсезе.

Ди Каприо встретился с автором в отеле «Мандарин ориентал» в центре Лондона. Это место съемок последнего фильма Кристофера Нолана «Начало», фантастического триллера, в создании которого принимают участие Майкл Кейн, Эллен Пейдж и Марион Котийяр.

Ридерз Дайджест: У вас много совместных работ с режиссером Мартином Скорсезе. Чем он вас привлекает?
Леонардо Ди Каприо: Я бы поставил вопрос по-другому: чем привлекаю его я как актер. На самом деле я не знаю. Единственное, что я могу сказать, это то, что на сегодняшний день Скорсезе — лучший кинорежиссер в мире, а возможность работать с кем-то, кто может многому тебя научить, большая честь для любого актера.

Р. Д.: Кто обычно предлагает сотрудничество: вы или он?
Л. Д. К.: Бывает по-разному. Замысел фильма «Банды Нью-Йорка» он вынашивал 20 лет, но никак не мог получить финансирование. Меня очень заинтересовал этот сценарий, мы стали действовать сообща и получили деньги на съемки. Затем был «Авиатор» — мы с Майклом Манном восемь лет готовили его сценарий. Однако на момент окончания работы над сценарием Майкл только что завершил съемки фильма «Али», и ему больше не хотелось заниматься биографическими картинами. Он спросил меня, кого бы я выбрал в качестве режиссера, и я назвал Скорсезе. Мартин по достоинству оценил психологизм сюжета и сочетание темы авиации и Голливуда прошлых лет. Мы снова стали работать вместе, и я до сих пор благодарю Бога за то, что так случилось. Через некоторое время Скорсезе сам предложил мне роль в «Отступниках», а затем нас обоих пригласили участвовать в съемках «Острова проклятых».

Р. Д.: В этом фильме ваш герой ведет расследование в психиатрической больнице. Как вы с режиссером добивались достоверности в изображении душевнобольных?
Л. Д. К.: Мы изучали особенности психических расстройств, выяснили, что собой представляли психиатрические лечебницы в 50-е годы. До середины прошлого века для лечения душевных болезней врачи активно применяли лоботомию. В то время, к которому относятся события фильма «Остров проклятых», от этого метода стали отказываться и начали использовать сильнодействующие препараты, которые вводили людей в кататонический ступор. В те времена к душевнобольным относились почти как к животным.

Р. Д.: Что вы чувствуете после эмоционально насыщенных сцен, где ваш персонаж испытывает сильные потрясения?
Л. Д. К.: Честно говоря, когда я снимаюсь в эпизодах, исполненных драматизма, или когда мой персонаж вдруг как-то по-новому раскрывается, я прихожу домой с чувством, что день прожит не зря. Физически я измотан, но в то же время я в состоянии дистанцироваться от той роли, которую играл. Если бы мне приходилось носить в себе этот груз, я бы на другой день просто не встал с постели.

Р. Д.: Можете ли вы смотреть свои фильмы, оставаясь беспристрастным к собственной игре?
Л. Д. К.: Да, но я не могу смотреть их с той же объективностью, что и остальные зрители. У меня есть определенные ожидания относительно тех или иных сцен. Не правы те, кто думает, будто актеры и режиссеры точно знают, что получится в итоге. Эффект каждой сцены непредсказуем. Поэтому я несколько лет после съемок не могу смотреть свои фильмы как обычный зритель. Ну а смотреть их в ретроспективе — это совсем другое.

Р. Д.: После выхода на экраны «Титаника» к вам пришел грандиозный успех, вам предлагали баснословные гонорары, но вы сосредоточились на проектах, которые интересны вам с художественной точки зрения. Оглядываясь назад, не думаете ли вы, что это было ошибкой?
Л. Д. К.: Что сделано, то сделано. На самом деле я уже лет с 15 лет знал, каким именно актером я должен стать. Когда я проходил кастинг для фильма «Правдивая история этого парня», кто-то сказал мне: «Если ты получишь эту роль, ты будешь играть с Робертом Де Ниро и Эллен Баркин. Тебе следовало бы больше знать о кинематографе». Я начал смотреть классику кино и открыл для себя величайших мастеров мирового кинематографа. Тогда-то я и понял, чего хочу. «Титаник» стал для меня переломным моментом. В один прекрасный день мне предложили: «Почему бы тебе не сняться в высокобюджетном фильме-катастрофе?» Это был эксперимент, но когда он превратился в самый кассовый фильм в истории, моя жизнь навсегда изменилась. Благодаря этой роли сегодня у меня есть возможность делать то, что я хочу. Но по пути голливудских героев-любовников я бы не пошел.

Р. Д.: Что было труднее — оставаться верным своему решению сниматься только в тех фильмах, в которых хочется, или не потерять голову от обрушившейся славы?
Л. Д. К.: Не потерять голову. Со мной как будто случилось раздвоение личности. С одной стороны есть я, а с другой — тот образ, который создают СМИ. Непросто было осознать, что тот другой образ, который так отличается от настоящего меня, тоже часть моей личности. Я думаю, когда попадаешь в подобную ситуацию, нужно смириться с ней и попытаться извлечь пользу.

Р. Д.: Слава заставила вас от чего-то отказаться?
Л. Д. К.: Благодаря «Титанику» моя жизнь сильно изменилась, но я всегда знал, чем хочу заниматься. Я мечтаю, чтобы индустрия кино была в руках режиссеров и чтобы тот режиссер, который готов рискнуть и сделать интересный некоммерческий фильм, мог с легкостью получить на него деньги, но, к сожалению, такого уже не бывает. Кино — это бизнес, а студии хотят заработать как можно больше. Снимать актеров, которых хочет видеть публика, — это гарантия хорошего финансирования. Поэтому одна из самых приятных сторон популярности — возможность участвовать в интересных проектах, которые без тебя никогда не получили бы спонсорской поддержки.

Р. Д.: Вы человек очень доброжелательный. Это ваше врожденное качество?
Л. Д. К.: Думаю, да. Кроме того, я согласен с поговоркой, что на мед слетается больше пчел, чем на уксус. Быть приятным человеком проще, потому что злоба отнимает силы.

Р. Д.: Почему вы стали заниматься охраной окружающей среды?
Л. Д. К.: Я стараюсь привлечь внимание к проблемам, которые замалчиваются в средствах массовой информации. После «Титаника» я задумался: могу ли я с помощью своей известности и того влияния, которое у меня внезапно появилось, сделать что-то хорошее для себя и для всего мира?

Р. Д.: Чем вы сейчас больше увлечены, актерской карьерой или защитой окружающей среды?
Л. Д. К.: И тем, и другим. Однако я думаю, что в данный момент судьба планеты важнее любой формы художественного выражения. Многое необходимо изменить, и делать это нужно прямо сейчас.

Автор: Габриэль де Лерма