Эх, дороги...

В конце прошлого тысячелетия довелось мне побывать в Будапеште. Венгрия — страна европейская, красивая, но не отличающаяся какими-то сверхъестественными инженерно-техническими и инфраструктурными чудесами. Жил я на окраине города, с видом на рядовую улицу. И очень расстроился, когда в первый же день выяснилось, что под окном идут дорожные работы. Шли они всю ту неделю, что я жил в этой гостинице. Но к концу срока дорожные работы не только перестали раздражать, но и вызывали у меня живейший интерес. Потому что ничего подобного до сей поры я не видел.

За неделю, работая все светлое время суток, дорожники продвинулись дай бог если на полсотни метров. Они не филонили, и было их немало, но, когда я съезжал из гостиницы, они все еще работали под окном. Я видел, как клали гравий, песок, какую-то крошку, все это ровняли, чем-то заливали, опять ровняли, насыпали, заливали. Там было с десяток разных машин и механизмов, кто-то постоянно что-то замерял, проверял, чуть ли не с лупой, качество полотна.

Не сомневаюсь, что та дорога до сих пор в хорошем состоянии.

А потом мы поехали на экскурсию на озеро Балатон, и при выезде из Будапешта гид честно предупредил нас, что сейчас начнется адская тряска. И уточнил, что мы выезжаем на шоссе, которое строили с помощью Советского Союза. Тряска продолжалась до самого Балатона. Мы перенеслись на несколько часов в родные края, и на контрасте это выглядело особенно выразительно.

Припомнил я еще один случай. Как-то зимой накануне очередных выборов московского начальства посреди ночи я вдруг услышал за окном грохот. Выглянул — и не знал, смеяться или плакать. В грязь и пургу работяги кидали лопатами из кузова асфальт. И тут же кое-как ровняли его какой-то штуковиной с ручкой и на колесиках. За ночь заасфальтировали всю улицу! Предполагалось, что благодарные избиратели после ноч-ного грохота и мата, увидев поутру «новую» дорогу, отдадут голоса за кого надо. С тех пор улицу ту не раз перекладывали. У меня вообще впечат-ление, что там идут перманентные дорожные работы.

Мне кажется, что смысл увиденного в Будапеште был в том, чтобы построить дорогу. А смысл того, что я вижу под моим окном, состоит в том, чтобы дорогу строить. У нас процесс намного важнее результата. Расчет тех, кто этим процессом занят, понятен. Ведь когда вели строительство дороги зимой за одну ночь, на это же выде-лили деньги, и наверняка приличные. И что, кто-нибудь проконтролировал их расход? Кто сосчитал, что было потрачено, а что украдено?

Столичные магистрали стали предметом нехороших разговоров. Скажите, десять сантиметров — это много? Вроде бы не очень. А в масштабах МКАД? Тем более. А если сделать Кольцевую дорогу уже, условно говоря, на пять сантиметров с каждой стороны? Да никто этого не заметит. А теперь умножьте эти пять сантиметров с каждой стороны на всю протяженность Кольца.

Кольцо я привел как условный пример — я не утверждаю, что там украли десять сантиметров и десяток миллиардов. Но такая практика существует везде, где строят дороги. Участники строительства не особо заинтересованы в хорошем результате.

Они напоминают мне производителей современной электроники и бытовой техники. Она вся страшно навороченная, модная, сложная и дорогая. Но работает годик-полтора, а потом надо менять. На это и расчет. Производитель не заинтересован в том, чтобы товар служил долго, ему нужно продавать все новые и новые модели.

Строители российских дорог тоже заинтересованы в их бесконечном ремонте и перекладке.

Продолжим наши занятия по математике. Вот еще любопытные цифры. У нас есть федеральная целевая программа «Развитие транспортной системы России». До 2015 года на программу предусмотрено ассигнование 4,34 триллиона рублей. Выделены эти деньги Росавтодору, который ведает всего лишь 50 тысячами километров «важнейших» дорог. Протяженность всех дорог России больше в разы. А сколько тысяч километров у виртуальных дорог, которых нет, но которые жизненно необходимы?

Может, хоть основные дороги приведут в порядок? Ну как может быть иначе, если на строительство скоростной магистрали между двумя столицами выделено 567 миллиардов рублей. Реконструкция не менее знаменитой, правда, реально существующей трассы «Дон» обойдется в 884 миллиарда. Трасса «Урал» стоит 203 миллиарда. Да тут одними рублями можно заасфальтировать все!

А знаете, сколько денег выделено на опытно-конструкторские работы? 6,4 миллиарда, или 0,15%! Это вклад в технологии. Остальное — швыряние асфальта в грязь и пургу.

Экономисты из НИИ транспорта и дорожного хозяйства произвели подсчеты и пришли к выводу, что для поддержки наших дорог на достойном уровне каждый автовладелец должен платить в год 30 тысяч рублей. При этом приводят в пример Германию, где платят за дороги больше, чем мы, и поэтому дороги там лучше.

Всякие сравнения расходов условны. Потому что и доходы у нас не такие, как в Германии, и стоимость работ разная. Хотя насчет стоимости есть любопытнейшие данные, что километр дороги в России стоит в семь раз больше, чем в Китае, и в три раза больше, чем в США. В Китае строят превосходные дороги, однако рабочая сила там крайне дешевая. Но в Штатах-то не так. Американский дорожник точно зарабатывает больше российского, и стоимость материалов и работ там выше, и качество тоже. Так куда уходят деньги?

Тридцать тысяч с каждого автомобилиста — это очень много! Однако раскошелиться все равно придется. Ведь светит нам фактическое повышение местных транспортных налогов с одновременным подорожанием бензина за счет специального дорожного сбора в специальный дорожный фонд.

Впрочем, я уверен, что автомобилисты согласились бы платить больше, согласились бы на введение платных дорог. Если бы только были уверены, что деньги, пошедшие в дорожный фонд, именно туда и попадут. А попав туда, будут все до копейки потрачены на дорожное строительство.

У нас огромная страна. Из-за плохих дорог или их отсутствия целые районы оказываются отрезан-ными зимой или по весне. К людям не могут приехать медики, к ним не возят продукты. Они сами не могут поехать, куда им надо. Как же нам развиваться, как «модернизироваться»?

Говорят, что известие о смерти императрицы Екатерины II пришло на Камчатку в день, когда убили Павла I… Скорости по сравнению с XVIII веком выросли, конечно, но именно что по сравнению с восемнадцатым. Принцип остался тем же.

Автор: Антон Орехъ